Навал слева или левый демарш Навального

Сергей ШМИДТ   
31.01.2019

Сергей ШМИДТ - серия статей

Акцентированное внимание к намерениям и действиям, «политическому воображению» и политическому мышлению радикальной, то есть, настоящей политической оппозиции в России – это многолетняя традиция данных ежемесячных обзоров. Традиция началась с серии «Дневник ренегата», продолжилась в «Крейзисе: истории болезни» и, разумеется, присутствует в «Сроке».

К концу 2018 года разговоры о случившемся росте и достигнутом высоком уровне протестных настроений в России стали полноценным политологическим мейнстримом. Заметим, что наименее эксцентричные политологи, видимо сделавшие выводы из судьбы бесчисленного количества неоправдавшихся прогнозов, согласно которым «путинский режим рухнет завтра, в крайнем случае, послезавтра» - такие мантры-прогнозы в последние десять лет звучали практически ежедневно – постоянно напоминают о том, что рост и уровни протестности не представляют пока серьезной угрозы для режима. Тем не менее, упадок доверия к властям ощущается и без цифр Левады-центра и ВЦИОМа. Ковать железо в политике принято, пока оно горячо, поэтому закономерен вопрос, почему оппозиция, по сути, не делала до сей поры ничего «практического», чтобы набрать на всем этом какие-то символические очки? Раз практические результаты пока невозможны.

Я бы предположил, что имеет смысл попытаться повторить визуально-убедительные успехи «белоленточной» зимы 2011-2012 гг., организовать в столице массовые митинги или демонстрации против чего угодно, но лишь бы против режима. Разумеется, для этого пришлось бы пройти через унизительные административные согласования, получить разрешение на какие-нибудь неудобные улицы и площади, но массовость протестных мероприятий подтвердила бы факт возросшей протестности этакой визуальной убедительностью. Просто данных соцопросов, бубнеж политических экспертов и неудачи на нескольких региональных выборах (кстати, уже полузабытые) – всего этого маловато для увеличения ставок в споре. А вот «призраки Болотной площади», напоминание об уступках, на которые пошла тогда власть – возвращение губернаторских выборов, смягчение законодательства о партиях – это могло бы сработать.

Тем не менее, ничего подобного оппозиция не предприняла и даже свидетельства обсуждений такого сценария не донеслись из оппозиционного лагеря. Хотя поиск новых тактик и стратегий происходил с самой осени, когда стало непонятно, что, например, Алексею Навальному и активистам его фан-клуба следует делать до следующих «больших выборов»? Возникла необходимость чего-то нового, способного, если не обеспечить какие-то реальные результаты, то обновить «движуху». Коррупционные разоблачения и возгонка новостей про репрессии властей (в том числе и про персональные страдания – голодовки, отсидки - самого Навального), увы, рутинизировались.

Сначала было продекларировано, что навальники на любых выборах будут поддерживать любого кандидата, который имеет наибольшие шансы победить «Единую Россию», то есть действовать не по принципу «за любого, кроме...» (как в 2011 году), а поддерживать конкретных кандидатов. Любых, но с шансами. Не совсем прямо, но вполне понятно Навальный объявил об одном единственном исключении из правила «за любых». Отвечая на вопросы журналиста «Эхо Москвы», готов ли он поддерживать на выборах «портрет Сталина» или Ксению Собчак, он разъяснил, что «портрет Сталина» в общем-то готов, но Собчак никогда и ни за что. Так Ксюша Собчак стала для реальной оппозиции не только тем, кто хуже Сталина, но и кто хуже самой «Единой России». Вот папенька ее покойный порадовался бы. Ну и как от такого несчастья не наставить рога мужу? Однако не будем повторять светские сплетни.

В январе 2019 года случилась сенсация. Навальный заявил, что будет бороться за исполнение майских указов Путина, причем, за ту их часть, что касалась увеличения заработной платы бюджетникам. Алексей Анатольевич стал левым, взяв в разработку традиционную российскую левую политическую повестку – благосостояние бюджетников. Учитывая, что наиболее сознательная часть его фан-клуба отличалась тем, что всегда считала бюджетников паразитами на здоровом теле рыночной экономики, а любое увеличение их доходов толковала как препятствие, мешающее работодателям снижать зарплаты своих работников так, как им хотелось бы, могу сознательной части только посочувствовать. Теперь ей придется прогибаться под изменчивый мир, точнее, под изменчивого Навального. Допускаю, что тяжелее всего это дастся передовому отряду оппозиционной общественности – столичной либеральной интеллигенции - но это политика, тут ничего не поделаешь. В политике цели, если и не оправдывают все средства, то такое средство, как предательство собственных политических ценностей, они оправдывают точно.

Зрелище, замечу, предстоит интересное. Любой прагматик скажет, что майские указы Путина были демагогическим популизмом, ибо их полноценная реализация быстро закончилась бы полной Венесуэлой для экономики. Но главный оппонент Путина будет бороться за выполнение этих указов, наверное, справедливо полагая, что демагогический популизм можно победить не честностью и подлинностью, а исключительно еще большей демагогией и популизмом. В каком-то смысле все стало откровеннее. Маски честности и подлинности сброшены. Один популизм против другого. Одна демагогия против другой. Уважайте вашу Советскую Конституцию! Уважайте ваши майские указы! Уважайте ваш путинизм!

Сергей ШМИДТ - серия статей

 
Видеосюжеты
Крейзис: История болезни