Будущее Дальнего Востока, ИИ-агенты и платформенная экономика: представители Сбера выступили на ВЭФ

Сбер на ВЭФ рассказал о влиянии ИИ на экономику Дальнего Востока, платформенной экономике, роли и возможностях ИИ-агентов. Об этом сообщает пресс-служба компании.

Искусственный интеллект принесёт Дальнему Востоку 683 миллиарда рублей к 2030 году

Первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин на ВЭФ заявил, что внедрение искусственного интеллекта обеспечит прирост валового регионального продукта регионов Дальневосточного федерального округа на 683 миллиарда рублей к 2030 году, что составит 5,8% от прогнозируемой экономики макрорегиона в 2030 году. Для сравнения в 2022 году суммарный ВРП субъектов ДФО составлял 8,7 триллиона рублей, или 6% от ВВП России.

Наибольший вклад в прирост внесут три региона: республика Саха (Якутия) – 158,1 миллиарда рублей; Сахалинская область – 150,7 миллиарда рублей; Приморский край – 107,3 миллиарда рублей. На эти три субъекта приходится более 60% всего экономического эффекта от ИИ в ДФО.

– Мы видим, что искусственный интеллект становится реальным драйвером экономического роста для Дальнего Востока. 683 миллиарда рублей дополнительного ВРП к 2030 году – это не футуристический прогноз, а практический потенциал, который уже сегодня закладывается через внедрение цифровых решений в ключевых отраслях. При этом эффект будет сконцентрирован в трёх регионах-лидерах – Якутии, Сахалинской области и Приморском крае. И что особенно показательно, драйверами роста станут не только традиционные для Дальнего Востока добыча и транспорт, но и торговля. Это свидетельствует о структурной трансформации экономики региона, где ИИ помогает повышать эффективность в самых разных секторах, – рассказал Александр Ведяхин.

Отраслевая структура эффекта также показательно отражает экономическую специализацию ДФО. Лидирует добыча полезных ископаемых, где прирост валовой добавленной стоимости от ИИ составит 284,3 миллиарда рублей. На втором месте транспорт – 91,7 миллиарда рублей, на третьем – торговля с 62,6 миллиарда рублей дополнительной валовой добавленной стоимости.

– Для Дальнего Востока, где расстояния измеряются тысячами километров, а логистика и добыча остаются основой экономики, ИИ даёт эффект, сопоставимый с масштабными инфраструктурными проектами. И речь идёт не о капитальных вложениях в новые заводы и дороги, а о повышении эффективности существующих процессов. Мы видим запрос со стороны бизнеса на внедрение аналитических инструментов, прогнозной логистики, интеллектуального управления производством, – говорит Александр Ведяхин.

Александр Ведяхин: платформенная экономика меняет правила конкуренции

Первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин на Восточном экономическом форуме заявил, что дальнейшее развитие платформенной экономики меняет правила конкуренции, структуру добавленной стоимости и рынок труда. Платформизация возможна на любом рынке при выполнении пяти условий, а следующий рубеж – социальная сфера.

Платформенная экономика – модель, в которой цифровая платформа объединяет разные стороны рынка и помогает им взаимодействовать друг с другом: покупателей – с продавцами, ресторанами, магазинами или исполнителями. Отличие от традиционного бизнеса – в источнике роста. У классической компании это линейная цепочка создания стоимости. У платформы главный актив – сама сеть участников, а драйвер роста – сетевые эффекты.

Масштаб уже значителен. По оценке НИУ ВШЭ, совокупный оборот маркетплейсов, агрегаторов услуг и классифайдов в 2025 году составил 18,3 триллиона рублей при 12 миллиардах заказов – вшестеро больше, чем четырьмя годами ранее, что эквивалентно 8,5% ВВП. По добавленной стоимости вклад сектора скромнее – разные источники оценивают его в 3–5% ВВП. Меняется и структура добавленной стоимости – в пользу прибыли против фонда оплаты труда и налогов, со снижением затрат на электроэнергию и аренду и ростом затрат на ИТ.

Структурные сдвиги, принесённые платформенной экономикой, оказывают колоссальное влияние на рынок труда. По оценкам ВШЭ, в России по основной работе на платформах занято от 1,5 до 3,1 миллиона человек в возрасте 18–72 лет, а если учитывать основную, дополнительную и эпизодическую занятость – от 7,4 до 21,2 миллиона.

– Сектор расширяется прежде всего за счёт эпизодических подработок, а не за счёт перехода людей на платформы как на основное место работы – эпизодическая платформенная занятость выросла с 11,4% до 16,3%. Мотив выхода на платформы – не гибкость сама по себе, а отсутствие альтернатив. 36% пришли туда, потому что не могли найти другую работу, которую можно выполнять из дома, 34% – работу с подходящим графиком, 25% – вообще никакую другую работу. То есть платформы не оттягивают кадры с традиционного рынка труда – они включают в занятость тех, кого раньше рынок труда не брал, – прокомментировал Александр Ведяхин.

Платформы меняют экономику по четырём направлениям. Во-первых, посредники схлопываются в одного цифрового посредника, транзакционные издержки падают радикально. Во-вторых, внутри платформы рынок частично заменяется планированием – решения за пользователя принимает алгоритм. В-третьих, снимается ограничение Коуза: у платформ координация алгоритмическая, поэтому потолка управленческих издержек нет. В-четвёртых, размываются границы между отраслями, формируется «экономика внимания». Обратная сторона – концентрация: сетевые эффекты ведут к доминированию нескольких игроков, а классический антимонопольный инструментарий здесь работает плохо.

Александр Ведяхин подчеркнул, что платформизация возможна на любом рынке, где выполняется пять условий: массовые однотипные транзакции, опора на данные, высокая доля посредников, сильные сетевые эффекты и отсутствие тяжёлых регуляторных барьеров. Торговля, финансы, транспорт и туризм этот путь уже прошли. Следующий рубеж – социальная сфера: здравоохранение, образование, соцзащита. Дальнейший рост опирается на три фактора: данные, цифровую инфраструктуру и госполитику.

Александр Ведяхин: конкуренция в платформенной экономике идёт сразу и за пользователей, и за партнёров

Первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин на Восточном экономическом форуме рассказал, кто является основными операторами платформенной экономики в России и как строится конкуренция в этом секторе.

Операторов платформенной экономики можно условно разделить на четыре категории: маркетплейсы и ретейл-агрегаторы; сервисы заказа услуг и такси; классифайды и доски объявлений; платформы труда и фриланса.

Есть классические маркетплейсы, например, Wildberries и Ozon, где можно покупать товары разных продавцов. Есть Авито, где находят друг друга продавцы и покупатели разного масштаба. Яндекс развивает сразу несколько платформенных направлений – от такси и доставки еды до маркетплейса, – объединяя городские сценарии в супераппе. Ещё один пример – сервисы доставки из магазинов и ресторанов, например Купер, где можно заказать продукты, товары и блюда с доставкой.

– Конкуренция здесь идёт сразу по двум направлениям. Чем больше пользователей, тем интереснее площадка партнёрам, а чем больше партнёров и предложений, тем выше её ценность для пользователя. За внимание покупателей платформы соревнуются скоростью, удобством, персональными рекомендациями и выгодными предложениями. А партнёрам, магазинам и ресторанам дают доступ к миллионной аудитории, логистике, рекламе и аналитике, которую самостоятельно развивать было бы гораздо более ресурсоёмко, – говорит Александр Ведяхин.

Рынок продолжает расти, а высокая конкуренция заставляет компании постоянно улучшать пользовательский опыт и одновременно предлагать партнёрам всё больше инструментов для развития бизнеса.

Напомним, что с 1 октября 2026 года вступает в силу новый Федеральный закон 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в РФ». В соответствии с ним в предварительный реестр операторов российской платформенной экономики официально включены Wildberries, Ozon, Авито, четыре сервиса Яндекса (Маркет, Go, Еда, Путешествия), Lamoda, Joom, Купер и Магнит Маркет.

Александр Ведяхин: ИИ-агенты изменят структуру цифровой экономики и сделают рынок честнее

Первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин на Восточном экономическом форуме заявил, что естественным шагом развития платформенной экономики становится её объединение с агентной. Внедрение ИИ-агентов меняет структуру цифровой экономики: поиск, сравнение и оформление перестают стоить пользователю времени, что давит на комиссии посредников и перераспределяет маржу. При этом экономика не переходит целиком к одной модели, а расслаивается.

Создание платформ – это выстраивание архитектуры, агрегирующей предложение, и агенты могут использовать эту инфраструктуру для автономного принятия решений. Платформы при этом не исчезают: в одних сегментах они теряют роль обязательного посредника, в других сохраняют её.

Внедрение ИИ-агентов меняет структуру цифровой экономики. Поиск, сравнение и оформление перестают стоить пользователю времени: агент выполняет ту же работу, которую раньше делал человек на платформе, мгновенно и почти без затрат. Это давит на комиссии посредников и перераспределяет маржу к тем, кто перехватывает запрос пользователя в момент решения и владеет данными о его предпочтениях.

– Экономика не переходит целиком от одной модели к другой, а расслаивается. В рутинных и утилитарных покупках пользователь делегирует выбор агенту: реклама как способ повлиять на решение теряет силу, а поставщику приходится конкурировать данными и условиями, которые агент видит при сравнении. Но в развлечениях, любимых брендах и статусных категориях пользователь по-прежнему сам проводит время в интерфейсе и выбирает по привязанности, а не по оптимальности – и там всё так же зарабатывают на внимании, – говорит Александр Ведяхин.

В России этот переход пока находится в пилотном режиме. Со стороны потребителей речь в основном идёт об ИИ-ассистентах, консультирующих покупателей, а не совершающих автономные покупки. Зато со стороны продавцов агенты уже успешно действуют на платформах, в автоматическом режиме управляя ценами и остатками.

Агент сравнивает варианты и проверяет цену без участия рекламной выдачи и накрученных отзывов. Ему важны качество, полнота и машиночитаемость описания товара. От поставщиков это требует дополнительной работы: данные должны быть точными и структурированными, а не просто убедительными.

– У агента, в отличие от человека, нет лояльности к красивой карточке или узнаваемому бренду – он сверяет заявленное с фактическим и отсеивает недобросовестных продавцов быстрее, чем это делал бы покупатель. В итоге рынок становится прозрачнее не потому, что продавцы стали честнее, а потому, что обманывать агента стало невыгодно, – заявил Александр Ведяхин.

Александр Ведяхин: на горизонте 5-7 лет ИИ-агенты смогут совершать 80% рутинных покупок

ИИ-агенты для решения различных задач стали реальностью. В Китае идёт стремительная агентизация онлайн-торговли, в России тренд тоже начинает набирать обороты. О перспективах развития ситуации первый заместитель председателя правления Сбербанка Александр Ведяхин рассказал на собственной сессии Сбера «От платформ к ИИ-агентам: как меняется архитектура российской и китайской торговли» в ходе XI Восточного экономического форума.

– Мировой и российский рынок онлайн-торговли ожидает интрига. Далеко не все маркетплейсы открывают свои API для чужих агентов. Поэтому будут появляться агенты, созданные как на базе торговых площадок, так и вне их. Независимые от торговых площадок агенты будут стараться обойти посредника, то есть маркетплейсы, и получить прямой доступ к каталогам производителей, чтобы выбирать товары для конечных потребителей. Производители начнут давать агентам такой доступ. Таким образом, в ближайшие пару лет в ретейле будут развиваться разные бизнес-модели и сценарии покупок с использованием искусственного интеллекта, – говорит Александр Ведяхин.

Важная развилка – выбор единого API для взаимодействия агентов. Существующий MCP-протокол требует донастройки и унификации, отметил Александр Ведяхин. Будет ли Россия ориентироваться на внутрироссийский стандарт или на китайский? Учитывая, что в июле на Всемирной конференции по ИИ в Шанхае Россия в числе 29 стран присоединилась к World Artificial Intelligence Cooperation Organization (WAICO), китайские стандарты точно будут рассматриваться. Это ещё одно направление, где конкуренция усилится.

Отвечая на вопрос, какие ИИ-модели будут применяться в агентной экономике, Александр Ведяхин подчеркнул, что ключевым критерием здесь становится эффективность.

– Поскольку для маркетплейсов и экономики в целом нет специальных требований к безопасности, будут использоваться самые эффективные модели. Как отечественные, так и зарубежные – те, которые дают лучшие рекомендации и максимальную пользу потребителю. И ни в коем случае нельзя закрывать кому-либо доступ, потому что российским ИИ-разработчикам нужно ориентироваться на лучшие бенчмарки. У людей уже сейчас несколько ИИ-моделей в телефоне. Моделей точно должно быть несколько, чтобы их сравнивать, – считает Александр Ведяхин.

Как отметил Александр Ведяхин, на горизонте 5-7 лет ИИ-агенты возьмут на себя 80% регулярных покупок. Люди отдадут агентам повторяющиеся и предсказуемые сценарии вроде приобретения одних и тех же продуктов или расходных материалов, которые не приносят дофаминового эффекта. Но что-то более интересное и дорогостоящее, например, одежду, электронику и так далее – люди продолжат покупать сами. Здесь ИИ будет использоваться в качестве рекомендательной системы, но решение о покупке будет принимать человек, –

Кроме того, степень проникновения ИИ-агентов во многом будет определяться тем, к какому количеству площадок они получат доступ и из какого количества товаров смогут выбирать. К универсальному агенту с наибольшим охватом доверия будет больше, считает Александр Ведяхин.

На сессии также выступили основатель и президент DNS Group Дмитрий Алексеев, основатель и генеральный директор RandomSeed Ду Юйфу, директор по продукту для продавцов и покупателей Ozon Ксения Тихонова, бывший старший руководитель по стратегии JD Group Цуэй Чжиюй, статс-секретарь и заместитель Министра промышленности и торговли РФ Роман Чекушов, а также генеральный директор Дунхуа Линъяо Интеллиджент Технолоджис Чжуан Айминь. Модерировал общение директор Института стран Азии и Африки Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова Алексей Маслов.