Продолжение Путина другими средствами

27.02.2022

Сергей ШМИДТ - серия статей

Пребывая в месячном бане от благословенного фейсбука – то есть, не имея возможности ни писать посты, ни оставлять комментарии, ни даже лайкать – я получил прекрасную возможность (за которую искренне благодарен цензурно-строгому фейсбучному руководству) наблюдать со стороны за бурнокипением разных фейсбучных фракций «говорящего класса». Тем, кто внутри, быть может, не видно, поэтому сообщу в первую очередь для них, что примерно девяносто процентов всех коммуникаций в неувядающем жанре споров и ссор (быть может, 99 процентов) сводится к бесконечному обмену репликами, упреками, колкостями и оскорблениями между всего двумя риторическими позициями. Первая – нет войне и поджигателю её Путину! Вторая – почему вы, противники этой войны, не были против войны, когда гибли дети, женщины и старики Донбасса? Товарищи участники бурнокипения фейсбучных говн, вы не поверите, но это действительно практически всё, что вы производите!

Ранее от Сергея Шмидта по теме:

-

Знаю, что от этого текста ожидают предъявления автором моральной позиции по поводу происходящего. Я мог бы убежать в кусты или прикинуться беспристрастным экспертом-аналитиком, но не буду этого делать. Предъявлю некий дисклеймер из моих оценочных суждений, правда, не с таким градусом морализма, как у многих из тех, кто их от меня ожидает.

Первое. Я считаю, что моя страна, мой президент, за которого я, правда, никогда не голосовал – неправы. На стороне моей страны и моего президента много правды в затянувшемся международно-политическом конфликте с ведущими странами Запада – в котором силы-то не равны, и сторона наша слабее, а я привык сочувствовать слабым – но в этой войне с Украиной моральной правды у нашей стороны немного, если она вообще есть.

Поддерживающие войну, кстати, должны честно признать, что, начав её, Россия растеряла весь арсенал своих моральных преимуществ. Из страны, которая защищает тех, кого бомбят и обстреливают, мы стали страной, которая бомбит и обстреливает.

Момент второй. Есть одна старейшая моральная дилемма. Признавая неправоту своей страны в конфликте, должен ли ты (можешь ли ты) желать ей военного и политического поражения? Отвечу за себя. Я не желаю своей стране поражения в этой войне, хотя не считаю её правой. Мне не стыдно, что я русский, и не только потому, что ни капли этнической русской крови во мне нет. Да и нет у меня стыда за президента Путина, хотя я и считаю, что он не должен был начинать эту войну. Непонимание есть, несогласие с его решением есть, а стыда все-таки нет. Уж простите мне этот грех, фрустрированные невротики из либеральной общественности, как я прощаю вам грехи ваши.

Людям, не склонным к однозначным оценкам, понять меня не составит труда. А на понимание других я никогда и не рассчитывал.

И третье. Я совершенно нормально отношусь к тем, кто против – и против войны, и против Путина – кстати, и к тем, кому стыдно, что они русские. Хотя, признаюсь, моральные претензии с позиций у кого искреннего, у кого пафосного, у кого истеричного пацифизма, принимаю только от тех, для кого происходившее в Донбассе, начиная с 2014 года не ограничивалось фейком про «распятого мальчика», кто признавал реальные страдания живущих там людей и хотя бы в личных разговорах допускал вину украинской стороны за эти страдания. Вот в их пацифизм я верю. Всех остальных, уж простите меня, товарищи противники путинской войны, я воспринимаю, как продолжающих холодную гражданскую войну, продолжающих «гнуть свою линию», но на новой тематической платформе. Не осуждаю, но и вы, уж будьте любезны, избавьте меня от демонстраций вашего морального и интеллектуального превосходства над окружающими и надо мной лично, тем более, что ни в какое ваше превосходство я никогда не верил, не верю и, скорее всего, не поверю никогда.

На этом длинный моральный дисклеймер считаю законченным, готов ответить на ваши вопросы… тьфу, перейти к некоторым коротким рассуждениям.

Предметы рассуждений тут могут быть разными. Особой популярностью пользуется вопрос, имеем ли мы сейчас дело с персональным безумием авторитарного Путина (то есть, с неким разовым и в общем-то случайным эпизодом истории) или мы вправе воскликнуть: «добро пожаловать в реальность, в реальную природу международных отношений»?

Думаю, что второе. Можем воскликнуть. Конфликты между политическими центрами силы (в первую очередь государствами) были, есть и будут всегда. Война была, есть и всегда будет оставаться средством разрешения этих конфликтов. Угроза войны, как ни странно это прозвучит, всегда была инструментом предотвращения войны, но работает этот инструмент только при условии «доверия к угрозе». При всеобщем понимании, что кто-то действительно может начать войну. Вот и приходится констатировать странную и страшную вещь: чтобы «угроза войны» работала, чтобы она предотвращала войну, надобно… время от времени воевать. Долгий мир может стать угрозой миру не меньшей, чем любая война. Такой вот Оруэлл - 2.

Мы видели в последние годы, как конфликтующие стороны – путинская Россия и ведущие страны Запада – плюнули на дипломатию, занялись перепалками и троллингом (случилась «псакизация» внешней политики у американцев, «машазахаризация» у нас). Понимание того, что война может стать реальной, отсутствовало, в вера в мир и неготовность всех рисковать своим благополучием была настолько крепкой, что внимание сторон к претензиям и угрозам друг друга стало минимальным. Зачем, например, всерьез относиться к претензиям страны, с позором проигравшей холодную войну, с полутора процентами мирового ВВП, еще и с авторитарным, отставшим от жизни (он даже айфоном не пользуется!), то ли просто старомодным, то ли сошедшим с ума правителем?

Если отбросить версию старомодности, равно как и версию персонального безумия, и поискать в решении Путина прагматику, то она обнаружится примерно вот в таком виде. В дипломатии и во взаимных перепалках и троллингах ничего не получается, потому что никто не верит в войну. Если начать войну, то это перезагрузит картины мира в головах игроков высшей лиги мировой политики и дело пойдет бойчее. Более того, поскольку таким образом удастся наконец-то достигнуть состояния мира, основанного на взаимных договоренностях-компромиссах и, самое главное, на правилах, эта война будет оценена, если не современниками, то потомками, как способствовавшая установлению мира и нового (и на какое-то время надежного) миропорядка. Говорят, что «война все спишет». В данном случае – мир все спишет. Как там говорил товарищ молодой Фидель Кастро (не путать с Навальным) на суде? «Вы можете меня осудить, но история меня оправдает».

Вот так мог думать наш правитель. Ну а нам, раз уж мы собственными руками отдали ему привилегию думать за всех – а в бесконечных взаимных конфликтах уязвленных самолюбий давно утратили способность представлять какую-то значимую для него силу – остается только… Ну сами знаете и видите, что нам остается.

Сергей ШМИДТ - серия статей

Серия статей Сергея Шмидта

Танки идут ромбом

Январская история с «Леопардами» – довольно интересный сюжет, как на тему замысловатости политической жизни в демократиях, так и на тему взаимодействия внутренней и внешней политики. Канцлер Шольц по причинам, которые могут быть самыми разными, танки Украине давать не хотел. Но министр иностранных дел его правительства – госпожа Анналена Бербок, которую топовый публицист нашего времени Дмитрий Медведев назвал «малограмотной германской бабкой» (бабке 43 года, она младше Медведева на 15 лет) – полезла поперёк канцлера в пекло и объявила, что танки будут поставлены. Шольц был вынужден смириться, ибо если бы он дезавуировал реплику собственного министра, та могла бы устроить обрушение коалиционного правительства, которое и так с трудом удалось сколотить. Напомню, что «начинающая бабка» состоит в партии Зеленых, а Шольц из СДПГ. Если что, пересказал эту историю со слов Алексея Венедиктова*, одному из немногих публичных спикеров, к которому я сохранил доверие.

 
Знак беды — знак вопроса

Видит бог, я из тех мелких жуликов от гуманитаристики, прячущихся под якобы солидной вывеской «политолог», что совершенно не стесняются полного провала своей аналитики и прогнозов. В моей «политологической» жизни таких суперпровалов было два и 2022-й год один из них. Моя годичной давности уверенность в том, что никакого перевода отношений России с Украиной в формат – в очередной раз воспользуюсь красивым словосочетанием от Владислава Суркова – «контактной геополитики» не будет, и мои сарказмы в адрес тех, кто допускал такой вариант развития событий, были настолько безальтернативными, что у меня сегодня просто не поднимается рука ставить ссылки на то, что я писал в конце прошлого года и в начале нынешнего (уходящего). Не хочу заметать свои ошибки под ковер, я совершенно не стесняюсь своих ошибок, просто все оказалось настолько другим, чем мне казалось год назад, что позволю себе просто не выставлять лишний раз на всеобщее обозрение свидетельства своего фиаско.

 
Специальная межпоколенческая операция

На линиях соприкосновения происходят боевые соприкосновения. О «херсонской ретираде» было известно ещё в сентябре, уж точно – в октябре. «Ремарковщина» на Донбассе стала делом привычным. Никакого серьезного движения к миру или хотя бы к перемирию, скажем прямо, не происходит. Происходит вторая стадия конфликта, о которой писал ещё в марте, когда были надежды на то, что все ограничится первой стадией, надежды на достижение договоренностей и прекращение конфликта. Сампроцитируюсь: «Второй порог – крови проливается столько, что препятствием для остановки кровопролития становится опасение нарваться на вопрос, за что воевали-то, за что столько людей положили? Давайте-ка не в компромиссы играться, а довоевывать до настоящего победного результата!» Привел цитату вовсе не для того, чтобы похвастаться прогностическими способностями, которых у меня нет, а для того, чтобы не повторяться в описании происходящего. Из обнадеживающего – возможно, что не за горами третья стадия, о которой писал уже в апреле, на которой количество жертв и масштабы человеческих страданий достигают таких значений, что мир становится важнее победы для обеих сторон, следовательно из этой стадии возможен-таки выход к миру.

 
Вооруженное государство на историческом марше

Верховный «валдайствовал» три часа сорок минут, в очередной раз посрамив велеречивых вещунов-диагностов, уже не первый год сообщающих, что здоровья у Верховного совсем не осталось. Если исходить из предположения, что человек, обладающий чувством юмора, в принципе не может быть отнесен к людям, у которых поехала крыша, приходится признать, что «свежий Путин» испортил настроение и мазохистам из секты БДСП («бункерный дед совсем плох»). Пара-тройка отпущенных шуточек – про то, что он не представляет себя Хрущевым, да и про знаменитый авторский мем «они сдохнут – мы попадем в рай» – были вполне добротного качества. «Поехавшие» так шутить не умеют.

 
Конец прекрасной эпохи

Есть и злая ирония, и какая-то одновременно тонкая и высшая справедливость, когда всякий позволивший себе втянуться в чрезмерно ожесточенную политическую борьбу, не испытывающий ни снисходительности, ни жалости к врагам, «получает по бошке» не от поражения, а от победы своей стороны. Есть своя справедливость в том, что «фанаты девяностых», считавшие в свое время допустимым во имя открывшихся тогда преимуществ закрывать глаза как на откровенные безобразия эпохи, так и на страдания тех, кому преимуществ не хватило, «получили по гордыне» не от страшных коммунистов девяностых и даже не от тех, кто поддерживал тоже пугавшего их Евгения Примакова, а от прямого политического наследника своего возлюбленного Ельцина, ради воцарения которого в Кремле они сделали так много в 1999-2000 гг. Есть своя справедливость в том, что сторонники замечательных путинских нулевых и уже не таких замечательных, но все-таки замечательных путинских десятых – всегда настаивал и буду настаивать, что в перспективе ценностей простой обывательской жизни Россия прожила в это время двадцать лучших лет в своей истории – получили катастрофу своей «прекрасной эпохи» не от либералов, не от политической эмиграции, нет от враждебного Запада и не от сверхвраждебной Украины, а от самого Путина.

 

Сергей Шмидт - серия колонок

Видеосюжеты
Сергей Шмидт: Срок