
Сейчас в противоборческих отношениях власти и оппозиции установилось что-то вроде того, что имело место в 1915-1917 гг. на фронтах I мировой войны. Этакое непробиваемое равновесие. Оппозиция слишком активна, решительна, да и вполне масштабна (пусть масштаб этот не выходит за пределы МКАД), чтобы власть могла объявить ее «насекомой». При этом та же оппозиция слишком мала, чтобы уже она могла объявить, что власть окончательно лишилась общественной поддержки и вот-вот «пойдет валяться на улице».
