Высокие цены большой истории

30.01.2015

«Дневник ренегата» был завершен в декабре предыдущего года (к слову сказать, тридцатой по счету заметкой). Эта заметка – первая в серии «Крейзис: история болезни», в которой будут представлены короткие рефлексии по поводу наступивших «новых плохих времен».


Не думаю, что есть смысл длинно и подробно разъяснять смысл неологизма «крейзис», достаточно будет ограничиться короткими комментариями. Удивительно, но, если верить интернет-поисковичкам, словечко «крейзис» (безумный / crazy + кризис/crisis) применялось не так часто, как можно было бы предположить. Медиаменеджер М. Дронов поведал, что это слово пришло ему в голову в далеком 1998 году в связи с событиями, которые никогда не забудут те, кто пребывал в том году в сознательном возрасте. Для молодого поколения разъясню, что именно тогда случился знаменитый и во многом потом мифологизированный в общественной памяти «дефолт».

Очень вероятно, что «крейзис» подходит для описания наших времен гораздо больше, чем для времен почти 17-летней давности. «Крейзис» это понятие, которое тождественно диагнозу известнейшего в русской литературе медицинского профессора: «Разруха в головах, а не в сортирах». С тем только важным дополнением, что в голове профессора-диагноста царит точно такая же разруха, что и в головах тех, кто с его точки зрения, перенес разруху из своих голов в общие сортиры. «Крейзис» - название для всяческого нездоровья наших времен. Нездоровья, охватившего тех, кто принимает решения, кто претворяет их в жизнь, кто противопоставляет творящемуся умственному нездоровью свое ложно понятное умственное здоровье, кто позволяет втянуть себя в орбиту хаотизации жизни и даже тех, кто пытается удержаться в стороне. «Крейзис» - наша общая болезнь, болезнь всех нас. Наброски истории (анамнеза) этой болезни и предполагается фиксировать в открывающейся серии ежемесячных заметок.

***

В 2014-го году наше отечество, как говорится, «стремительным домкратом» вернулось в большую историю после почти четвертьвековой паузы. Несмотря на то, что все началось с киевского майдана, нет особых сомнений в том, что сам майдан в будущих учебниках истории будет помянут только как причина активизации внешней политики России. А основное внимание будет уделено присоединению новых «регионов путинской славы», Донбасскому мятежу, конфликту России с обобщенным Западом, многократно превосходящим ее в силе.

К концу года мы застолбили свое новое место в большой истории маленьким рублем, высокими ценами и марианской глубиной непредсказуемости даже самого ближайшего будущего.

Сгущающаяся неясность вытекает в первую очередь из полного непонимания того, какие именно цели ставит наше политическое руководство, как в своей политике на востоке Украины, так и в общей конфронтации с Западом и, самое главное, на какие именно ресурсы оно собралось опереться в достижении каких бы то ни было целей. К счастью или к несчастью, логика авторитарного режима не требует от президента подробного отчета перед гражданами о своих намерениях. И это позволяет гражданам и экспертам – а уровень нашей экспертизы ныне таков, что эксперты едва ли чем-то отличаются от граждан, кроме как умением использовать заковыристые слова – интерпретировать позицию и стратегию «начальников России», как им заблагорассудится.

Ненавистники президента либо развивают романтическую тему того, что «Путин сошел с ума», либо раскручивают прагматическую версию, что правящую верхушку интересует только сохранение узурпированной власти и наворованной собственности, и, исходя только из этого, она и задумала реализовать странный замысел международного конфликта.

Условные сторонники президента тоже веруют в «план Путина», о котором, полагают они, мы узнаем только после того, как мы всех победим. Сейчас о «плане» самому Путину лучше не рассказывать никому даже из собственного окружения, поэтому надо потерпеть с версиями и просто дождаться победы. Многие просто верят в фартовость нашего президента.

Помните, наверное, как в 2007 году на выборах «Единая Россия» получила конституционное большинство в Думе с загадочным слоганом «План Путина – победа России!» Замечу, что по сути с тех пор мало, что изменилось. Тогда, в теплой мирной обстановке, ни у кого не было ясности с «планом Путина», а ясность с «победой России» была только у тех, кому и не нужно было никакой ясности с «планом». Сейчас, в холодной военной обстановке, все остается точно таким же.

От себя могу сделать только одно внятное предположение по поводу происходящего. Предположить, как оно будет описано в политической науке.

А примерно вот как.

Одна из особенностей авторитарного политического режима заключается в том, что он черпает свою легитимность не столько в народном волеизъявлении (хотя формально и из него тоже), сколько в чрезвычайности ситуации, в которой оказалась подведомственная режиму страна. Ибо чрезвычайная ситуация требует четкого, ручного руководства, а не длительного согласования интересов и общественных дискуссий. Во время шторма команда, если она хочет выжить, должна беспрекословно подчиняться капитану, отставив «бунт на корабле» до лучших штильных времен. Реальные чрезвычайные обстоятельства борьбы с терроризмом в 2000 году, менее чрезвычайные обстоятельства обуздания бизнес-олигархии в 2004 году, карнавальные обстоятельства борьбы с угрозой внешней вмешательства, тень которого мелькнула над Болотной площадью, в 2012 году – позволяли Путину выходить абсолютным победителем во всех названных ситуациях, и также обосновывать легитимность укрепленной вертикали своей власти.

Сложившийся после победы над Болотной площадью дефицит чрезвычайности требовал восполнения недостатка этой чрезвычайности (все с той же целью легитимации авторитарного правления) и Путин не преминул воспользоваться подвернувшимися в феврале-марте 2014-го года благоприятными для этого обстоятельствами.

Логика теперь такая: мы вновь в чрезвычайной ситуации, требующей особого порядка управления, и кто как не нынешнее руководство, зарекомендовавшее себя 15-летними успехами, может быть востребовано в такие времена?

Так что ясность с тем, как это все будет объяснено политологами в ближайшем будущем, как мне кажется, есть. В отличие от полного отсутствия ясности по поводу того, каким оно будет – это ближайшее будущее.

Тут не стоит глубокомысленно произносить банальное: поживем – увидим! Не требуется никакого ожидания. Мы все увидим уже завтра. Если не сегодня. Если не через час или через полчаса после того, как вы прочитаете эту первую заметку из серии «Крейзис: история болезни».


 

 


О ПРОЕКТЕ. Baikalinform.ru продолжает публикацию ежемесячных политических комментариев Сергея Шмидта - с января 2015 года они выходят под рубрикой "Крейзис: история болезни". Эта рубрика стала сиквелом другой серии зарисовок, "Дневника ренегата", посвященного приключениям оппозиционной идеи в путинской России. Экономический (и, надо полагать, политический) кризис, начавшийся на рубеже 2014-2015 годов, сделал для нашего автора более актуальным халат диагноста, смело признающего, впрочем, ограниченность собственного горизонта предвидения:

- «Крейзис» это понятие, которое тождественно диагнозу известнейшего в русской литературе медицинского профессора: «Разруха в головах, а не в сортирах». С тем только важным дополнением, что в голове профессора-диагноста царит точно такая же разруха, что и в головах тех, кто с его точки зрения, перенес разруху из своих голов в общие сортиры. «Крейзис» - название для всяческого нездоровья наших времен.

ОБ АВТОРЕ. Сергей Шмидт - известный российский сетевой автор, доцент кафедры мировой истории и международных отношений исторического факультета Иркутского государственного университета. Будучи историком по образованию и научной степени, он уже более десяти лет не занимается историческими исследованиями, предпочитая исследования политические и социальные. Он -один из самых известных нестоличных блогеров России, пишущих на общественно-политические темы. В блогосфере выступает под ником Langobard. СМИ чаще всего представляют его политологом или социологом, а иногда просто блогером. Публицистику и колумнистику Сергея Шмидта, а также экспертные комментарии можно встретить в большом количестве региональных СМИ. Среди прочего, Сергей Шмидт известен в рунете своей демонстративной политической позицией - «просвещенного лоялизма» (условная поддержка сложившегося в РФ авторитарного режима как «наименьшего зла»). Политическая позиция блогера неоднократно предавалась анафеме наиболее радикальными противниками путинизма. С другой стороны, она никогда не встречала одобрения и у профессиональных идеологов режима, не чувствующих за ней подобающих восторженности и дебилизма. В 2012-2013 гг. Сергей Шмидт реализовал «гражданский эксперимент на себе», приняв (в качестве избирателя) участие в выборах Координационного совета российской оппозиции. О своих мыслях, ощущениях и наблюдениях он рассказывал в своей колонке «Дневник ренегата» - уже и после того, как КС оппозиции канул в лету (до конца 2014 года).

Серия статей Сергея Шмидта

Если не Навальный, то кто?

Алексей Навальный, поблистав, точнее, погремев напоследок своими яркими речами в суде, этапирован в колонию. Чудес не случилось. Чудом было бы «народное восстание», которое не позволило бы упрятать Алексея за решетку. Меньшим, но чудом была бы теневая помощь таинственной «башни Кремля», поддержка которой, как сообщил главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов, обеспечила Навальному свободу и даже участие в выборах мэра Москвы в 2013 году, и игра которой позволяла ему оставаться на свободе все это время.

 
Снежки в дворец Путина

Чей дворец? Ротенберга или Путина? Что вообще происходит? У меня есть ответ, который подсказывает мне жизненный опыт и интуиция. Но для однозначного ответа, кроме опыта и интуиции, неплохо бы иметь какие-то знания. Таких знаний не хватает в условиях информационной войны, так что ответ мой не претендует на окончательность. Однако, исходя из предположения, что мир дворцов существует по законам, в общих чертах сходных с миром хижин, а вселенская борьба российской власти и российской оппозиции, так или иначе, «одноприродна» с тем, что может происходить в мире простых человеческих отношений, я попробую рассказать, что там может быть на самом деле. Как обычно бывает в таких случаях, моя («жизненная») версия едва ли устроит какую-нибудь из тяжущихся сторон.

 
Политическая недвижимость или «от количества просмотров власть не меняется»

Это удивительно (или наоборот, неудивительно?), но 2020-й получился такой весь из себя на загляденье годик, что все рефлексируют только по нему, уходящему, позабыв, что кончается целое десятилетие. Уходит в прошлое красивое аллитерационное словосочетание – «десятилетие десятых».

 
Герой нашего времени

Помянем сегодня, если не добрым, то торжественным словом уходящего американского президента. Кончается ноябрь – месяц, в который удача изменила Дональду Трампу, хотя и (об этом ниже) не столько отняла, сколько добавила ему величия. Дональд Трамп – конечно, человек не нашенский. Все типа остроумные шутки про «щенка Путина» у американцев (остряк Байден так типа пошутил) или про «присвоение майору Трампу внеочередного звания полковника» у нас – это просто шутки. Дональд – герой не нашего племени, но он герой нашего времени. Наш выдающийся современник. Мы с ним принадлежим к одной эпохе, поэтому он все-таки не только «политик про американцев», но и политик про всех нас.

 
Украинско-белорусские поправки к теории «оранжевой революции»

Политическая жизнь в 2020 году – динамичное переплетение интересов и действий, причин и поводов, а также комбинаций обстоятельств – созидает не только поправки к Конституции России, но и поправки к теории и практике т.н. «оранжевых революций».

 

Владислав Толстов - книжный рецензент

Видеосюжеты