Перезагрузить дракона

30.11.2018

Сергей ШМИДТ - серия статей

Автор ежемесячных текстов, укладываемых в единую тематическую линию, и пишущий эти тексты в конце каждого календарного месяца, обречен на борьбу с неизбежным соблазном – посвящать тексты самым последним событиям месяца, которые в момент написания на слуху и на языке у громкоговорящей публики. В конце ноября 2018 года публика озабочена военно-морскими сражениями российского и украинского флотов (поневоле вспомнишь, что на эту тему была компьютерная игра в середине 1990-х; игра еще для 286-х компьютеров) и юридическими проблемами морского права. Мне пришлось приложить к самому себе некоторые усилия, чтобы не погрузиться в военно-морскую романтику и юридическую тягомотину.

Однако, до инцидента в Керченском проливе горячими оставались сквозные темы осени 2018-го года. Это результаты и последствия региональных выборов 9 сентября – для власти, ее системных спарринг-партнеров и несистемных врагов. Это падение рейтинга президента Путина. И это знакомое жившим в начале 1980-х годов ощущение того, что страна зашла в тупик. Иначе говоря, общая атмосфера назревших и перезревших перемен, в которой хочется рассуждать о будущем, ибо настоящее кажется «приговоренным самой историей», но делать это чрезвычайно сложно, ибо нет никакого внятного образа будущего, совершенно непонятно, как, в каком месте начать хотя бы набрасывать его первый контур.

Однако попробую.

Могу предположить, что, несмотря на то, что в самом ближайшем будущем действующей власти не угрожают никакие серьезные выборы – до думских еще много времени, а до президентских еще целая вечность (в историческом процессе, впрочем, любая вечность пролетает стремительно) – власть не чувствует себя спокойно. Если проблема-2024 (новый преемник, место Путина в политической системе после 2024 года) ее пока не тревожит, то проблема-2021 ее не может не волновать. В 2021 году выборы в Государственную думу. Думский состав, который будет избран, будет действовать в год президентских выборов. Для власти принципиально важно, чтобы абсолютное большинство в нем составили депутаты, которые в любой возможной непредвиденной обстановке не побегут требовать отставки самодержавия и образовывать Временное правительство, как это случилось в 1917 году.

Дабы этого не произошло, уже сейчас надобно выбрать одно из двух направлений. Можно плавно или резко свернуть к честному жесткому авторитаризму. Не отрицая наличия разнообразных действительно чудовищных перегибов вроде обожаемых нервической публикой «посадок за перепост», констатирую, пожалуй, что реальных симптомов и тенденций такого поворота не наблюдается.

Другой вариант – перезагрузка партийной системы. У этой развилки свои две развилки. Самое простое и ненадежное – создать новую партию власти, переписать в нее важнейших начальников и бизнесменов с их детьми и секретаршами и взять парламентское большинство руками, одетыми в новые партийные перчатки. Есть вариант посложнее, но понадежнее – учредить к 2021 году «новую многопартийность». Дабы в 2021 году в стране случилось что-то вроде увлекательной для граждан межпартийной конкуренции, победители которой, вне зависимости от того, кто они будут, явно или тайно разделяли бы базовые принципы сохранения путинского курса и недопущения реальной сменяемости власти в 2024 году.

Сделать это не так сложно. Даже без особых бюджетных расходов. Вызвать в Кремль десяток-другой верных олигархов, повелеть каждому из них создать по своей партии, разделить по жребию теневых политтехнологов и медийных интеллектуалов. Политтехнологи займутся организационными и оперативными вопросами. Интеллектуалы обеспечат каждую партию, которая выпадет им по жребию, своим идеологическим лицом и прикроют ее в общественно-политической дискуссии. Кукловоды останутся прежними, но кукол поменяют. Партии разделят между собой разные сегменты довольного и недовольного электоратов. Граждане наверняка с удовольствием поучаствуют в выборах, на которых можно будет голосовать не только «за Путина» или «за Навального». То есть политических товаров и услуг будет как в хорошем торгово-развлекательном центре, а не в сельском магазине.

В таковом пусть неестественном, но вполне живом политическом многообразии растворится (или нейтрализуется) протестность и антиэлитный тренд, которые укрепляются в России в силу разных причин (в ряду которых повышение пенсионного возраста это только рядовая причина). Ну а тех, кто попадет в Думу, уже возьмут – кого под жесткий, кого под мягкий контроль, сформируют из них коалиции провластных партий, которые «сделают нам стабильность» в тот год, когда Путин не будет участвовать в президентских выборах.

В общем, если воспользоваться любимой благодаря пьесе Шварца метафорой «дракона», обозначив ею, если не саму власть, то ее партийную составляющую, вполне возможна «перезагрузка дракона». Не исключаю, что дело движется именно к этому.

А это значит, что скоро для жаждущей какой-нибудь относительно свободной партийной деятельности молодежи появится много шансов. Я всем знакомым, кто из такой вот молодежи, настоятельно рекомендовал не упустить эти шансы.

Сергей ШМИДТ - серия статей

Серия статей Сергея Шмидта

Революция в презервативе или перемены без автозаков!

Явилась весна и потребовала от «трушной оппозиции» как-нибудь «грянуть». Сочетание возвращения Навального, до сих пор выглядящего плохо продуманным фальстартом, и зимнего «репрессинга», который довелось пережить оппозиции, поставило ее в не самое удобное положение. От намерения регулярных уличных акций протеста было решено отказаться еще в феврале. Что же делать дальше? Что делать, например, в смысле содержания протеста? Строить протестную активность вокруг требования освобождения Навального или начинать включаться в думскую кампанию, а если включаться, то на что делать главную ставку – на поддержку настоящих либеральных политиков или на поддержку (в логике «Умного голосования») вполне «рушимого» антиЕРовского блока коммунистов и эсеров?

 
Если не Навальный, то кто?

Алексей Навальный, поблистав, точнее, погремев напоследок своими яркими речами в суде, этапирован в колонию. Чудес не случилось. Чудом было бы «народное восстание», которое не позволило бы упрятать Алексея за решетку. Меньшим, но чудом была бы теневая помощь таинственной «башни Кремля», поддержка которой, как сообщил главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов, обеспечила Навальному свободу и даже участие в выборах мэра Москвы в 2013 году, и игра которой позволяла ему оставаться на свободе все это время.

 
Снежки в дворец Путина

Чей дворец? Ротенберга или Путина? Что вообще происходит? У меня есть ответ, который подсказывает мне жизненный опыт и интуиция. Но для однозначного ответа, кроме опыта и интуиции, неплохо бы иметь какие-то знания. Таких знаний не хватает в условиях информационной войны, так что ответ мой не претендует на окончательность. Однако, исходя из предположения, что мир дворцов существует по законам, в общих чертах сходных с миром хижин, а вселенская борьба российской власти и российской оппозиции, так или иначе, «одноприродна» с тем, что может происходить в мире простых человеческих отношений, я попробую рассказать, что там может быть на самом деле. Как обычно бывает в таких случаях, моя («жизненная») версия едва ли устроит какую-нибудь из тяжущихся сторон.

 
Политическая недвижимость или «от количества просмотров власть не меняется»

Это удивительно (или наоборот, неудивительно?), но 2020-й получился такой весь из себя на загляденье годик, что все рефлексируют только по нему, уходящему, позабыв, что кончается целое десятилетие. Уходит в прошлое красивое аллитерационное словосочетание – «десятилетие десятых».

 
Герой нашего времени

Помянем сегодня, если не добрым, то торжественным словом уходящего американского президента. Кончается ноябрь – месяц, в который удача изменила Дональду Трампу, хотя и (об этом ниже) не столько отняла, сколько добавила ему величия. Дональд Трамп – конечно, человек не нашенский. Все типа остроумные шутки про «щенка Путина» у американцев (остряк Байден так типа пошутил) или про «присвоение майору Трампу внеочередного звания полковника» у нас – это просто шутки. Дональд – герой не нашего племени, но он герой нашего времени. Наш выдающийся современник. Мы с ним принадлежим к одной эпохе, поэтому он все-таки не только «политик про американцев», но и политик про всех нас.

 

Сергей Шмидт - серия колонок

Видеосюжеты
Сергей Шмидт: Срок