Три апрельских войны

30.04.2021

Сергей ШМИДТ - серия статей

Апрель 2021-го едва ли толком запомнится неначавшейся войной России и Украины – я специально вместо «войны России с Украиной» написал «России и Украины», ибо, случись она, ясности по вопросу, кто конкретно ее начал, скорее всего, никогда бы не возникло. Я, признаться, был уверен, что никакой целенаправленной войны и не будет, точнее, никакая война не входит в намерения сторон. Хотя военный конфликт и мог случиться из-за какого-нибудь недоразумения, возможность которого всегда имеется, когда большие массы войск располагаются в относительной близости друг от друга. Обошлось.

Допускал и допускаю, что мы посмотрели на особый тип войны – война для внутреннего политического потребителя. О новизне и оригинальности этого типа можно дискутировать отдельно. Суть его примерно в следующем. Войска выдвигаются на позиции, пушки-ружья чистятся-смазываются, офицеры в штабах расправляют плечи, офицеры и рядовые на предполагаемых передовых вспоминают, как пригибаться при передвижении, но ничего по-настоящему «военного» не происходит. После ритуального «стояния на Угре» все стороны расходятся и каждая заявляет, что предполагаемый противник её испугался, не отважился стать агрессором, поэтому мы победили, не стреляя, сохранив мир и статус кво. В самом деле, российская общественность ныне убеждена, что демонстрация российской силы на донбасском направлении спасла Донбасс от украинских оккупантов. Украинская общественность пребывает в уверенности, что демонстрация украинской силы и поддержка надежных союзников в виде США спасла Украину от российских оккупантов. Бледный лицом верховный вождь бледнолицых Джо Байден, под хоровой ржач российских пропагандистов продолжающий упражнения по выговариванию слов «эскалация» и «деэскалация», вполне недвусмысленно дает понять, что это он своими резкими звонками приструнил Путина. Европейский Союз тоже торопится принять участие в приструнивании Путина и во всей этой странной, уже почти пелевинской политической реальности, обсуждая грозные декларации о том, что ожидает Путина в случае, если жизнь на Марсе все-таки обнаружится. В общем, войны, которые не происходят, плохо запоминаются, точнее, не запоминаются вообще, поэтому я думаю, что данный апрельский событийный ряд в коллективной памяти не сохранится.

А второе апрельское «военное» направление интересно своей «оксюморонистостью». Обострилось то, что иногда именуют «дипломатическими войнами», акцентируя противоестественный по смыслу характер этого словосочетания. Дипломатическая работа направлена на недопущение войн и на выработку соглашений об условиях мира, если уж война случилась. В этом суть и логика дипломатии с тех самых пор, как она возникла в более или менее современном виде (XVI-XVII вв.). Даже дипломатическая работа по вербовке военных союзников во все времена оправдывалась императивом поддержания международного «баланса сил». То есть соображениями все того же мира, только толкуемого иначе, чем в т.н. «либеральной парадигме», в которой мирный характер международных отношений связывают не с военной силой, а с международным правом, сотрудничеством в рамках международных организаций и экономической взаимозависимостью. Дипломаты-то не воюют! Только не в апреле 2021-го года! Разборки России с Чехией и другими из-за мелькнувших фото-теней вездесущих Петрова и Боширова, с высылками дипломатов и разными ограничениями для работы посольств, иначе как «дипломатической войной» и не назовешь.

Ну а третья война, война между властью и радикальной (если угодно, настоящей) оппозицией, точнее, существенный эпизод этой войны (сама война началась в январе 2021 года или раньше, когда Навальный был отравлен, или когда он обвинил ФСБ и Путина в своем отравлении), может быть признан самым по-военному настоящим. Сейчас невозможно дать точный ответ, насколько реалистичной являлась уверенность властей в том, что начинается пресловутое вмешательство Запада во внутренние дела России, можно только предположить, откуда она появилась – во всем виновата победа помянутого Байдена на президентских выборах в США. Я отважусь назвать нереалистической уверенность оппозиции в том, что власть в России можно поменять в 2021 году, не дожидаясь 2024-го, хотя у меня (да и ни у кого, судя по всему) нет ответа на вопрос, откуда такая уверенность могла взяться. Объективное положение дел имеет значение в природе, в обществе и политике важнее, что действующие субъекты принимают за объективное положение дел. У наших субъектов в головах возникли вот такие картины мира и именно ими объясняются отчаянная смелость одной стороны и бессовестная жестокость другой. Но война была объявлена и махина российской государственности разгромила (уничтожила) полупартизанскую структуру «ФБК*– региональные штабы Навального», добросовестно выстраиваемую оппозицией с 2017 года. Оппозицию, по сути, вынудили удалиться в абсолютное сетевое партизанство и никакой Байден и никакая Европа не помогли. Партизаны войн не выигрывают – войны выигрывают регулярные армии – но партизаны могут создавать проблемы. Чем видимо оппозиция и займется в самое ближайшее время, ибо ближайшее время это месяц май, от которого летней рукой подать до думских выборов.

_____

*ФБК - организация, признанная в РФ иностранным агентом

Сергей ШМИДТ - серия статей

Серия статей Сергея Шмидта

Три апрельских войны

Апрель 2021-го едва ли толком запомнится неначавшейся войной России и Украины – я специально вместо «войны России с Украиной» написал «России и Украины», ибо, случись она, ясности по вопросу, кто конкретно ее начал, скорее всего, никогда бы не возникло. Я, признаться, был уверен, что никакой целенаправленной войны и не будет, точнее, никакая война не входит в намерения сторон. Хотя военный конфликт и мог случиться из-за какого-нибудь недоразумения, возможность которого всегда имеется, когда большие массы войск располагаются в относительной близости друг от друга. Обошлось.

 
Революция в презервативе или перемены без автозаков!

Явилась весна и потребовала от «трушной оппозиции» как-нибудь «грянуть». Сочетание возвращения Навального, до сих пор выглядящего плохо продуманным фальстартом, и зимнего «репрессинга», который довелось пережить оппозиции, поставило ее в не самое удобное положение. От намерения регулярных уличных акций протеста было решено отказаться еще в феврале. Что же делать дальше? Что делать, например, в смысле содержания протеста? Строить протестную активность вокруг требования освобождения Навального или начинать включаться в думскую кампанию, а если включаться, то на что делать главную ставку – на поддержку настоящих либеральных политиков или на поддержку (в логике «Умного голосования») вполне «рушимого» антиЕРовского блока коммунистов и эсеров?

 
Если не Навальный, то кто?

Алексей Навальный, поблистав, точнее, погремев напоследок своими яркими речами в суде, этапирован в колонию. Чудес не случилось. Чудом было бы «народное восстание», которое не позволило бы упрятать Алексея за решетку. Меньшим, но чудом была бы теневая помощь таинственной «башни Кремля», поддержка которой, как сообщил главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов, обеспечила Навальному свободу и даже участие в выборах мэра Москвы в 2013 году, и игра которой позволяла ему оставаться на свободе все это время.

 
Снежки в дворец Путина

Чей дворец? Ротенберга или Путина? Что вообще происходит? У меня есть ответ, который подсказывает мне жизненный опыт и интуиция. Но для однозначного ответа, кроме опыта и интуиции, неплохо бы иметь какие-то знания. Таких знаний не хватает в условиях информационной войны, так что ответ мой не претендует на окончательность. Однако, исходя из предположения, что мир дворцов существует по законам, в общих чертах сходных с миром хижин, а вселенская борьба российской власти и российской оппозиции, так или иначе, «одноприродна» с тем, что может происходить в мире простых человеческих отношений, я попробую рассказать, что там может быть на самом деле. Как обычно бывает в таких случаях, моя («жизненная») версия едва ли устроит какую-нибудь из тяжущихся сторон.

 
Политическая недвижимость или «от количества просмотров власть не меняется»

Это удивительно (или наоборот, неудивительно?), но 2020-й получился такой весь из себя на загляденье годик, что все рефлексируют только по нему, уходящему, позабыв, что кончается целое десятилетие. Уходит в прошлое красивое аллитерационное словосочетание – «десятилетие десятых».

 

Видеосюжеты
Сергей Шмидт: Срок